Публикация 15.07.14 | Прочтений публикации 93566

25 июля – день 70-летия освобождения Ивангорода от немецко-­фашистских захватчиков. На следующий день, 26 июля, 70-летний юбилей освобождения отмечает Нарва. Память об этом хранится по обе стороны реки Наровы – и в России, и в Эстонии. О малоизвестных деталях тех исторических событий мы беседуем с военным исследователем, кандидатом исторических наук Всеволодом АБРАМОВЫМ. В 1980-х и начале 1990-х годов он работал старшим научным сотрудником Дирекции музеев Ленинградской области, занимался изучением северо-запада Ленинградской области, в том числе и неизвестных страниц битвы за нарвский рубеж в 1944 году.

– Всеволод Валентинович, насколько этот сюжет был изученным к тому времени?

– Стоит отметить, что битва за нарвский рубеж не особенно пользовалась вниманием в советской военной историографии. В капитальном 12-томном труде «История Второй мировой войны 1939-1945 гг.». об освобождении района Нарвы сказано только несколько строк в восьмом и девятом томах, да и то скороговоркой. Причиной этого, очевидно, являются неудачи при проведении операций и неполное достижение тех целей, которые ставились Верховным главнокомандующим. Поэтому когда я занимался исследованием, то обращался к первоисточникам из Центрального архива Министерства обороны.

– Известно, что противник заранее, еще в 1943 году, предвидя неминуемый отход из-под Ленинграда, готовился к битве на нарвском рубеже…

– Действительно, к началу 1944 года гитлеровцами по реке Нарве был создан мощный оборонительный рубеж под названием «Пантера». Основу его составляли бетонные, броневые и деревянно-­земляные огневые точки, объединенные в узлы сопротивления.

Стоит отметить одну важную деталь. В советской печати замалчивалось, что вместе с немцами под Ленинградом, а потом и на нарвском рубеже воевали «национальные части». Это были добровольцы­наемники – голландцы, бельгийцы, датчане, норвежцы, были представители Франции и даже от нейтральных стран – Швеции и Швейцарии. Все они были объединены в части «СС», которые назывались «Норланд», «Нидерланды», «Валлония», «Лангемарк», «Данкмарк», «Норге». В них в общей сложности насчитывалось 22250 человек.

При этом такие части не состояли сплошь из солдат одной национальности: чаще всего немцы перемешивали их с бойцами другой национальности, чаще всего с немцами из других стран. Офицеры, за редким исключением, были из немцев. В морально-боевом отношении национальные части мало отличались от немецких. Несмотря на поражения германской армии, их моральный дух был еще достаточно высоким.
Но и это еще не все. Район Ивангорода и Нарвы обороняли части 20-й дивизии «СС», сформированной из эстонцев. Она была хорошо вооружена и неплохо подготовлена, занимала участок обороны севернее Нарвы от Усть-­Нарвы до кладбища Сииверсти.

– 27 января 1944 года Ленинград был полностью освобожден от блокады, а уже 1 февраля был взят Кингисепп. До Ивангорода оставалось совсем немного. Что же произошло дальше?

– Освободить Ивангород и Нарву сходу не удалось. Бои затянулись на полгода, в военных сводках их называли «боями местного значения», хотя они сопровождались большими потерями в людях и технике. После освобождения Кингисеппа 1 февраля 1944 года советские войска наступали на запад, им удалось форсировать реку Нарву, захватив два плацдарма – севернее Нарвы и южнее села Усть­Жердянка (ныне оно занято водохранилищем).

109-я стрелковая дивизия от Кингисеппа прямо шла на Ивангород. Один из ее полков захватил Захонье, а другой полк вышел в район Ивангорода и занял Поповку (рядом с Ивангородской крепостью, немного севернее ее, ныне этой деревни нет), а также мызу Лилиенбах (Ореховую горку). Однако гитлеровцы выбили отсюда советские войска и отбросили их на восток. Деревня Захонье переходила из рук в руки, наконец, линия фронта стабилизировалась, она проходила западнее Захонья, примерно в двух километрах от стен Ивангородской крепости.

Борьба за плацдарм севернее и южнее Нарвы носила ожесточенный характер. На северный плацдарм советское командование возлагало особые надежды, понимал его значение и противник. Положение наших воинов на нем было тяжелое: не хватало боеприпасов, продовольствия, из-за бурной и незамерзшей реки не было возможности переправить тяжелую технику.

В помощь плацдарму командование Балтийского флота решило с моря высадить десант. Местом высадки был выбран курортный пляж у местечка Меррекюля, западнее Усть-­Нарвы. В ночь на 14 февраля сюда при слабом сопротивлении противника высадилось 432 бойца морской пехоты. Операция была плохо подготовлена и обеспечена, не согласована с сухопутным командованием. Десантники углубились в лес, в котором было полно снега, лыж у наших бойцов не было. Скоро десантники потеряли ориентировку, разбились на группы, которые опомнившийся противник уничтожил или взял в плен. Моряки не любят вспоминать о печальном конце этой неудавшейся операции…

– Как сложилась судьба наших плацдармов на реке Нарве?

– Противник пытался ликвидировать плацдарм севернее Нарвы, здесь развернулись ожесточенные бои, порой переходившие в рукопашную схватку. В начале марта гитлеровцам все­-таки удалось ликвидировать этот плацдарм.

А плацдарм южнее Нарвы, в районе Усть-­Жердянки, удалось отстоять. Он имел первое время глубину два километра. С 3-го по 8-е февраля 1944 года 314-я стрелковая дивизия вела бои по расширению плацдарма, скоро сюда прибыла 109-я стрелковая дивизия, она стала буквально вгрызаться в оборону противника. Наступающим очень мешала болотистая местность и полное отсутствие дорог, постоянные контратаки противника.

15 февраля советским войскам, наступавшими с плацдарма, удалось перерезать железную дорогу, которая шла из Нарвы на запад, а 17 февраля – захватить станцию Аувери. Плацдарм получил название Ауверского. Он был глубоким и напоминал аппендицит, но он был неширок по фронту и имел слабые фланги. Тем не менее Нарва оказалась в полуокружении.

18 марта 256-я стрелковая дивизия предприняла наступление от станции Аувери, но 26 марта гитлеровцы нанесли удар и восстановили положение в этом районе. Однако этот успех противнику достался дорого: только танков в этих боях он потерял до 50 штук.

Одновременно в это же время наши войска пытались захватить Ивангородскую крепость. Операция началась 8 марта 63-й и 64-й стрелковыми дивизиями при поддержке 222-го отдельного танкового полка и 1439-го самоходно­артиллерийского полка Резерва Главного командования. В районе северо-восточнее мызы Лилиенбах (Ореховая горка) гитлеровцам удалось отсечь нашу наступающую пехоту от танков. В итоге наши танки ворвались на улицы Ивангорода, но им пришлось выполнять задачу одним, что привело к срыву операции. Как отмечалось в боевом донесении, семь наших танков было уничтожено противником, два подбито, три не вернулись по неизвестным причинам. Следует сказать, что опыт войны вообще свидетельствует о малой эффективности использования танков в уличных боях…
В это же время 63-я стрелковая дивизия с одним полком 64-й стрелковой дивизии при поддержке 1439-го самоходно­артиллерийского полка стала атаковать опорный пункт у мызы Лилиенбах. Был захвачен парк, пехота преодолела проволочные заграждения и вышла на опушку рощи около деревни Поповка. В ходе боя одна из наших самоходок была подожжена, в ней взорвался весь боезапас вместе с командиром батареи. Другие установки выдвинулись на передовые позиции и отразили атаку противника, при этом один немецкий танк «Тигр» был уничтожен.

13 марта бой здесь продолжался. 64-й стрелковой дивизии удалось овладеть всем районом мызы Лилиенбах. С этого места вся Ивангородская крепость вместе с мостом через Нарву хорошо просматривалась.

В результате этих боев противник на нашем, правом, берегу реки Нарвы продолжал занимать довольно большую территорию – эта Ивангородская крепость вместе с городом, Парусиновая фабрика с поселком, Кренгольмская мануфактура, а южнее их – деревня Долгая Нива, ныне залитая водохранилищем. 12 мая 1944 года наши войска штурмовой атакой выбили гитлеровцев из этой деревни, но из-за сильного артиллерийского огня противника ее пришлось оставить.

– Что представляла собой в это время Ивангородская крепость?

– За весну и лето 1944 года немцы хорошо укрепили район Ивангородской крепости. Сама крепость с ее подвалами и древними стенами была прекрасным укрытием не только для людей, но и для танков, не говоря уже об артиллерии. На опушке леса около Поповки был построен бревенчатый забор высотой 1,5 метра, оборудованный огневыми точками. Перед забором и первой траншеей проходила сплошная линия проволочных заграждений и спиралей Бруно. За первой траншеей проходила вторая, танкоопасные направления прикрывали рвы.

– Что предшествовало последним решительным боям за Ивангород и Нарву?

– Весной и в первой половине лета советские войска в районе Нарвы серьезно готовились к боям. Для этого интенсивно велась разведка и боевая подготовка.
Любопытен такой эпизод. В конце июня в районе Поповки к нам в плен попал лейтенант-­разведчик из дивизии «Нидерланды». Он возглавлял группу, возвращавшуюся из разведки на нашей территории, получил ранение в ногу и был брошен своими подчиненными на нейтральной полосе. Днем стоны раненого услышали наши солдаты, ночью они вытащили его в свою траншею. Видимо, из-за гуманного отношения к нему пленный дал подробные и ценные показания. Он сообщил, что Ивангород и часть Нарвы обороняла дивизия «Нидерланды», командиром которой был бригаденфюрер Вагнер.

Пленный подробно рассказал о расположении частей в районе Ивангорода. В южной части плацдарма вплоть до Долгой Нивы оборону держали полки «Данкмар» и «Норге». В Ивангороде располагался саперный батальон, пехотные подразделения и 11 танков. Командный и наблюдательный пункт дивизии «Нидерланды» находился в одном из домов севернее церкви в центре Ивангорода.
Окончательное освобождение Ивангорода и Нарвы началось с наступления советских войск 24 июля с Ауверского плацдарма. На следующий день после артподготовки в течение 80 минут советские войска стали переправляться через реку Нарву в районе Тырвала. Затем здесь была наведена понтонная переправа, и по ней пошла тяжелая техника. Согласно плану, советские войска должны были окружить противника в районе Нарвы.

– Как развивались события, удалось ли выполнить поставленную задачу по окружению врага?

– Около полудня 25 июля гитлеровцы начали взрывать Ивангородскую крепость, в ней и в Нарве начались сильные пожары. Стало ясно, что противник начал отход. Советские саперы начали делать проходы в минных полях и проволочных заграждениях. Вперед двинулась 587-я штурмовая рота – штрафники. За ней – расчеты ручных, станковых пулеметов и орудий мелкого калибра 388-го отдельного пулеметного артиллерийского батальона (ОПАБ), которым командовал капитан Б.Я. Сухман. Батальон входил в состав 16-го укрепленного района, которым командовал полковник А.Л. Козуненко.

Укрепрайоны, состоявшие из трех-четырех батальонов, использовались обычно в обороне. Во второй половине войны укрепрайоны стали комплектовать частично девушками-­добровольцами. Так, 16-й укрепрайон, в частности 338-й ОПАБ, отличался тем, что в нем воевали девушки. Одна из них, комсорг 338-го ОПАБ В.Г. Полежаева, водрузила знамя на одной из уцелевших башен Ивангорода. Потери 338-го ОПАБ при захвате крепости были небольшие – двое убитых и двое раненых.
Мост через Нарву гитлеровцы взорвали, так что освободители Нарвы уперлись в реку. Это случилось ночью на 26 июля. Утром войска, переправившиеся севернее Нарвы, ворвались в город. Противник поспешно отходил.

Что же касается выполнения задачи по окружению противника в районе Нарвы, то эту задачу нашим войскам выполнить все­-таки не удалось. Враг отошел – точнее, был нами выдавлен – на запад, где он занял заранее подготовленные позиции на высотах Синимяэ и там прочно укрепился. Эти позиции нашим войскам сразу прорвать не удалось. Общими усилиями советских войск это удалось совершить только в середине сентября.

Источник: www.vesty.spb.ru